Хотя на самом деле это ошибка: осталось вовсе не мало, просто наша психика любит говорить себе, что “теперь-то уже точно все кончено”, и вы наверняка успели по себе это заметить. “Все” не бывает кончено никогда, у жизни всегда есть для нас в запасе огромное количество даров, и нужно просто помнить это и не отчаиваться. У вас еще все будет, темная полоса никогда не длится вечно — если ее не продлевать искусственно, ежедневно купаясь в собственной меланхолии.
Потом следующий (из крупных) периодов перемен — шестьдесят лет, у кого-то пятьдесят девять или, может быть, шестьдесят два. Одни уже вышли на пенсию, другие готовятся к этому. Дети выросли, появились внуки. И тут любовь опять приобретает новый смысл, новый оттенок: это любовь ко всем к ним, к своему потомству, к успехам своих детей, к малышам, которые как бы заставляют вас снова пережить свою юность, к друзьям, которых осталось уже так мало, к вещам, сделанным своими руками, наконец — ко всему миру, в котором живешь. И благодарность за все, что дал тебе этот мир и эти люди.
Бывает, что к этому возрасту человек остается один. Однако и для него такая — новая! — любовь не теряет смысла, просто у нее нет объекта. И, если человек знает об этом, ему остается лишь приложить немного усилий, чтобы найти такой объект (точнее, такого субъекта). Скорее всего, он и сам найдется. Надо только не сомневаться в его искренности и в своих способностях к новой любви, и все получится отлично.
